May 18th, 2014

Grace

Португальская поэзия: Фернандо Пессоа

ФЕРНАНДО ПЕССОА

Вчера на закате один горожанин
Толковал с людьми у ворот
Нашего постоялого двора.
Толковал о справедливости и борьбе
за справедливость,
О рабочих, которые гнут спину с утра допоздна
И живут впроголодь весь свой век,
О богачах, которые поворачиваются к ним спиной.

Взглянув мне в глаза, он улыбнулся, довольный,
Что пронял меня до слез,
Внушив ненависть, которую испытывал,
И сострадание, которое якобы чувствовал...

(Я же слушал его вполуха:
Что мне за дело до тех несчастных,
Коль их страдания мнимы.
Будь они как я, они бы не мучились.
Все беды оттого, что мы заняты друг другом,
Творя либо добро, либо зло.
У нас есть душа, есть земля и небо -
этого ль недостаточно?
А желать большего - значит терять,
что имеешь, и скорбеть об утрате.)

Горожанин толковал о любви к человеку,
А я все думал и думал о своем
(И, думая, не мог сдержать слез):
Бренчанье колокольцев с окрестных пастбищ
Врывалось в печальный благовест,
Что плыл из деревенской церквушки
И сзывал на вечернюю службу
Цветы, и ручьи, и простые души вроде меня.

(Благословен будь господь, что не сотворил
меня добрым.
Я живу по законам своего естества:
Ведь истинное назначение цветов - цвести,
А ручьев - струиться,
В этом и есть смысл и суть бытия.
Каждый живет лишь в той мере,
В какой исполняет свое предназначение,
Не размышляя, зачем оно, почему и для чего.)

И приезжий больше не говорил, только
смотрел на закат.
Но что до заката тому, в ком живы
ненависть и любовь?

Перевод М. Березкиной

Kelly

Китайская поэзия: ЛИ БО

李白, известный как "бессмертный гений поэзии".



СУ  У



Десять лет он у варваров
Прожил в жестоком плену,

Но сумел сохранить
Доверительный знак государев.

Белый гусь столько раз
Пролетал, возвращая весну,

Но письма не принес -
А скрывался, крылами ударив.

Пас овец он - Су У -
В чужедальнем и диком краю,

Там, в горах и степях,
Тосковал он о родине милой.

Ел он снег, проклиная
И голод, и долю свою,

Пил он воду из ям,
Если летняя жажда томила.

А когда, получивший свободу,
Он тронулся в путь,

Обернулся на север -
И вспомнил снега и морозы,

Вспомнил нищенский пир,
Где склонился он другу на грудь,

И заплакали оба -
И в кровь превращалися слезы.

Перевод А. Гитовича


Kelly

Греческая поэзия: Константинос Кавафис



    Из цветного стекла



  Волнующая есть одна подробность
    венчания на царство Иоанна Кантакузина
    и госпожи Ирины, дочери Андроника Асеня.
    Поскольку не было почти у них алмазов
    и настоящих изумрудов и сапфиров
    (в великой бедности отчизна пребывала),
    они надели стёклышки цветные.
    Кусочков множество стеклянных, красных, синих, зелёных.
    И, признаюсь, ничего
    нет унизительного, гадкого для чести,
    по-моему, в кусочках этих грустных
    стекла цветного. В них скорей — подобье
    какого-то печального протеста
    и неприятья нищеты несправедливой.
    Они — лишь символы того, что полагалось
    и что иметь бы, несомненно, полагалось
    в момент венчания владыке Иоанну Кантакузину
    и госпоже Ирине, дочери Андроника Асеня.

  1925

 Перевод Юнны Мориц